Не возлюбив ближнего, мы не войдем в Царство Небесное. О милосердном самарянине.

iПроповедь, произнесенная настоятелем Свято-Преображенского храма прот. Виктором (Бурбелой) 29 ноября 2015 г.

И вот, один законник встал и, искушая Его, сказал: Учитель! что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную? Он же сказал ему: в законе что написано? как читаешь? Он сказал в ответ: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всею крепостию твоею, и всем разумением твоим, и ближнего твоего, как самого себя. Иисус сказал ему: правильно ты отвечал; так поступай, и будешь жить. Но он, желая оправдать себя, сказал Иисусу: а кто мой ближний? На это сказал Иисус: некоторый человек шел из Иерусалима в Иерихон и попался разбойникам, которые сняли с него одежду, изранили его и ушли, оставив его едва живым. По случаю один священник шел тою дорогою и, увидев его, прошел мимо. Также и левит, быв на том месте, подошел, посмотрел и прошел мимо. Самарянин же некто, проезжая, нашел на него и, увидев его, сжалился и, подойдя, перевязал ему раны, возливая масло и вино; и, посадив его на своего осла, привез его в гостиницу и позаботился о нем; а на другой день, отъезжая, вынул два  динария, дал содержателю гостиницы и сказал ему: позаботься о нем; и если издержишь что более, я, когда возвращусь, отдам тебе. Кто из этих троих, думаешь ты, был ближний попавшемуся разбойникам? Он сказал: оказавший ему милость. Тогда Иисус сказал ему: иди, и ты поступай так же. (Лк. 10:25-37).

Такой отрывок из Евангелия мы с вами сегодня слышали во время богослужения. Эту притчу принято называть притчей о милосердном самарянине, благодаря главному герою, и само это название говорит о смысле этой притчи — о милосердии. 

Символические образы притчи

Мы не знаем, кем был человек, который был изранен, не указано, какого он был происхождения, был ли он иудей или самарянин, был ли богатым или бедным, был ли он по статусу высокого положения в обществе или низкого. Но известно, что его избили, и он лежал, истекая кровью,  и люди, которые проходили мимо него, священник и левит, это были люди, почитаемые в иудейском обществе, потому что это были служители  ветхозаветной церкви, и они были учителями народа. И вот, зная закон Моисеев, зная заповеди, они проигнорировали израненного человека и, не оказав ему помощь, прошли мимо.  А некоего человека, который над ним умилосердился, Господь именует самарянином. И именует не случайно. 

В то время иудеи с самарянами не общались. После смерти Соломона Израиль  разделился на два царствтва — Иудейское и Израильское. Одни были уведены в плен Навуходоносором, царем Вавилонским, другие пленены ассирийцами. И ту половина царства которое называлось Израильским,  пленили ассирийцы и увели в плен, где израильтяне  ассимилировалась с язычниками, по сути их вера претерпела  деформацию, и они уже верили не только в единого Бога, но и почитали  разные языческие культы. Иудеи же, возвратившись из Вавилонского плена, сумели сохранить свою веру. Восстановливая храм, они даже не допускали к этому храму самарян, считая их язычниками. Более того, даже если путь иудеев лежал через Самарию, они обходили вокруг, чтобы на заходить на их территорию, дабы не оскверниться. 

И вот мы видим в этой притче главный персонаж – милосердный самарянин, то есть человек, с которым не общаются  иудеи. Почему же Господь ставит в пример человека, неправильно понимающего Бога? А для того, чтобы  посрамить гордыню  человеческую, прелестную гордыню, в которую, бывает, впадает человек, что старается жить по заповедям, и мнит о себе, что он лучше других.  

Эта притча имеет множество толкований. Святоотеческое толкование называет такие образы, отраженные в этой притче. Иерусалим как святой град, стоящий на возвышенности – это место, откуда был изгнан человек, это рай, откуда он ушел, Иерихон – некая противоположность, город, который был больше в суете, в грехе. И вот человек идет от Бога  в сторону своей плотской жизни, своеволия. Дорога – это наша жизнь, жизнь каждого человека.Человек который идет этой дорогой — все человечество. Служители, которые шли мимо, — это  ветхозаветная церквь. Самарянин – это образ Христа. Гостиница, в которую Он привел израненного человека, – это Церковь Христова, которую Он основал. Два динария, которые Он дал для того, чтобы с их помощью проявлялась забота об этом израненном человеке, — это образ Ветхого и Нового завета. Обещание самарянина возвратится — образ второго пришествия Христова. И вот в свете таких святоотеческаих толкований перед нами открывается вся история заботы Бога о человеке, история их взаимоотношений. 

Кто наши ближние и любим ли мы их?

Христос в этой притче не только отвечает на вопрос книжника, а отвечает и на множество вопросов, которые задаем мы с вами. Наверное, самое интересное в этой притче то, что этот законник который спрашивал Христа, был человеком благочестивым, и он знал, что делать, чтобы жить по Божьему. И тут Иисус подтверждает, что каждый, кто живет благочестиво, кто исполняет заповеди любви к Богу и любви к ближнему, будет иметь жизнь вечную. Но вот законник задает такой вопрос, который задаем часто и мы: кто же ближний мой? И оказывается, каждый из нас, кто исполняет закон любви к Богу и к ближнему, уже является тем, кто идет дорогой в Царствие Небесное. Вопрос в том, любим ли мы своих ближних и знаем ли, кто для нас ближний?  

Очень часто люди приходят  в церковь на исповедь и спрашивают у священника, батюшка, что бы нам такое сделать, чтобы Бог нас услышал. Священник говорит: соблюдать заповеди нужно, в храм ходить, участвовать в таинствах Церкви. Он говорит: ну, я вроде бы все это делаю. Тогда говорит священник: правильно ты делаешь и правильным путем идешь, вот относись к ближнему своему как к самому себе, а Бог тогда тебя вразумит как поступать. И тут нередко, бывает, отвечают на это: батюшка, я вроде бы зла никому не делаю, ко всем хорошо отношусь, но, понимаете, у меня такая свекровь не верующая (или такой зять), очень плохие люди, матерные слова говорят, мешают молиться, если бы вы знали, как они мешают моему спасению, поэтому если бы не они, то я давно бы уже был в раю. Причем, такие выводы делают люди верующие, которые стараются жить по заповедям, которые ходят в церковь, и вот тут оказывается, что ему мешают живущие вокруг него близкие. Вопрос: любит ли он этих ближних своих? Наверное, уже закрадывается сомнение. Может быть, он по-своему и любит их, может быть он к ним привязан, но судя по тем словам, которые он произнес, ни сострадания, ни жертвенности ради них у него не прослеживается. Поэтому эта притча сказана для всех нас, и желательно нам сейчас разобраться, кто такой наш ближний и любим ли мы его.

Нередко у человека гордого идет такой ряд мыслей: люди, с которыми я сталкиваюсь, проходят в моей голове тщательный отбор, мне не со всеми хочется общаться, я хочу общаться только с теми,с кем считаю нужным: кто меня хвалит, кто мне подарки делает, кто не делает мне пакостей, остальных я выгоняю за калитку своей жизни. Это иллюстрация очень частых мыслей и поступков по отношению к нашим ближним. Вот так многие из нас   критически оценивают окружающих нас людей. И дальше еще такие рассуждения: вот я в церковь хожу, поклоны бью, а он, смотри что творит, я бы так никогда не поступил.

И это очень важный момент для каждого из нас. Ведь для Бога важен каждый человек, потому что он такое же творение Божье, как и мы. Разница для Бога есть только в том, хочет ли человек жить по заповедям Его, исполняет ли он закон любви или нет. 

Попробуем же определить, кто наши ближние. Для этого обследуем в своем кругу каких-то людей. Итак, каких-то мы принимаем, а каких-то не принимаем, каких-то избегаем, думая, например, так: чего я буду звонить родственникам они постоянно от меня чего-то требуют, не хочу, я лучше молитвы почитаю или отдохну. Когда мы ограждаем себя от тех людей, которые нуждаются в нашем общении, и прикрываемся тем, что мы служим Богу, то это самообман. Потому что невозможно служить Богу, не служа ближнему. Невозможно любить Бога, которого ты не видишь, не любя ближних, которых видишь.

Очень часто мы делаем такую градация внутри себя. И очень часто эта градация является последствием нашего превозношения, самомнения, завышенной самооценки и самолюбия, или чего хуже — состояния прелести. Когда мы идем мимо храма и видим наших, просящих милостыню, грязных, иногда пьяных, мы сразу размышляем: так, этому дам, потому что он не пьет, а ты пьешь, тебе не дам. И чаще всего мы поступаем больше по правилу, нежели по любви. Живя в обществе, мы привыкаем к общественным правилам. Даже в автобусе дедушка или бабушка стоят, и мы чаще  уступаем им место, потому что так принято. А не потому, что мы им сострадаем. Мы не думаем о том, что у них ноги болят или отекшие, и им трудно стоять. Молодые люди нередко думают так: чего же я буду вставать, если бабушка едет на одну остановку, а я до конца, и если я встану, то мое место потом могут занять, нет, потерпит старушка немножко. То есть человек думает, прежде всего, о себе, а потом уже о бабушке или дедушке. 

Или вот женщина, которая идет с сумкой тяжелой и с коляской. У многих возникает желание помочь перейти ей через дорогу. Но это, скорее, следуя правилу, воспитанному в нас обществом, это, скорее, постоянно повторяющийся опыт нашего социального устроения, который мы стараемся не нарушать. Но это еще не является доказательством того, что у человека есть любовь к ближнему. 

К родственникам мы вырабатываем терпимость и сострадание и считаем, что это любовь. К людям же незнакомым мы такой терпимости не всегда проявляем. Поэтому в сегодняшней притче задается главный вопрос, ответ на который мы пытаемся понять, применяя некоторые аспекты в нашей жизни и приводя на слух то, что мы видим каждый день. Кто же наш ближний? 

Ближний ли мой отец или мать, дети, сестры или братья, ближние ли для меня прихожане нашего храма или священники, горожане, с которыми я хожу по одним и тем же улицам, а являются ли моими ближними представители власти? Многие из нас могут сказать: да, мои родственники и друзья являются моими ближними, и даже батюшка является моим ближним, ведь мы верующие люди. Но не обманываем ли мы себя? Сделаем ли мы то, что сделал самарянин, для родственников своих, для всех, с кем мы сталкиваемся в этой жизни. 
Ближний не просо тот кого мы любим, на самом деле наш ближний тот кто в нас нуждается.

 Как узнать, любим ли мы ближнего? Если мы любим какого-то человека, мы терпим его недостатки, мы покрываем их в своем сердце, мы больше видим добро в нем, а не зло, вместо того, чтобы осуждать, мы стараемся видеть хорошее. А если видим только недостатки человека, значит, мы мним о себе лучше — превозносимся над ним. Мы говорим: вот я бы так не сделал (подразумевая: я лучше него). 

Если мы любим человека, то мы ему всегда прощаем. Любите сына, всегда прощаете, что бы он ни сделал. Вот так же и любого человека. А у нас часто бывает так: внешне простили, а в душе осталась злоба. Любовь ли это? Если мы любим кого-то, то мы ради него готовы пожертвовать своим «я». Мы радуемся его счастью. А если мы равнодушны к счастью других, а, не дай Бог, хуже того, если еще это счастье другого нас огорчает, вызывает у нас зависть, то можно ли сказать, что мы любим этого человека? Представьте, если вы завидуете счастью своей дочери, что у нее лучше жизнь сложилась, чем была у вас? Любите ли вы ее? Нет. Потому что вы своей завистью порождаете грех. Так же и в отношении к ближнему. Я уже не говорю о горе. Мы вроде бы сострадаем людям вокруг нас, так? Но вот мы смотрим телевизор, и видим, что людей убивают, и мы сострадаем. Но если мы видим, что убили людей с которые нам не нравятся, мы еще и радуемся, говорим: так им и надо, а не надо было выступать. Любовь ли это вообще? Любовью христианской здесь и не пахнет. Это, скорее, приспособленческая позиция человека к окружающему обществу. 

И такие же примеры можно приводить и в отношении власть имущих, занимающих должности, как мы относимся к ним? Как относимся к тем, кто намного богаче нас или к тем, кто беднее, к тем, кто моложе и здоровее или к тем, кто старше и не может так быстро реагировать, соображать и так далее. И часто вместо любви мы применяем оценочные категории, и только после того, как оценим, нужен ли мне этот человек, хочу ли я, чтобы он был в моей жизни или не хочу, он становится или не становится причастным к нашей жизни. Ближний ли он нам? 

Чтобы он стал нам ближним, таким, как показано в этой притче, он должен быть не просто причастным к нашей жизни, а наша любовь должна быть действенной, она должна проявляться в поступках, любовь является жертвенной.

Можно ли научиться любви к ближнему?

А что же делать, если нет такой совершенной любви, как ей научиться? Сначала научись прощать. Всегда надо прощать. как говорил преп. Серафим Саровский, даже если сердце твое противится. Когда ты будешь прощать, тогда научишься высмотреть в сердце твоем присутствие любви, и сохранить эту любовь, и возгреть ее. А когда научишься прощать, есть второй этап, который называется милосердие. Прости человеку его недостатки, которые ты увидел в нем, прости нищему бездомному, грязному, что он ничего не хочет делать, и тогда ты скажешь: да, может быть, у него есть очень существенные причины, может, его жизнь так побила, может, у него не хватило сил, чтобы не покатиться. И вместо того чтобы осудить его за то, что он пьяница, ты скажешь в сердце своем: я помолюсь за него, чтобы Бог его вразумил и порекомендую ему какой-нибудь приют, дам дельный совет, просто поговорю с ним, потому что ему не с кем поговорить. И тогда вы проявите милостыню к нему. 

Если я люблю своих ближних, то это не означает, что я забочусь только об их материальном состоянии. Любить ближних – это значит ограждать их от греха. Если я люблю своего ребенка, и если знаю, что он идет в азартные игры играть или, к примеру, он курит, пьет, и я развожу руками и говорю, ну, что я могу поделать, вот пройдет переходный возраст, подождем еще чуть-чуть. Когда мы проявляем такое малодушие, мы не любим своего ребенка, потому что не стараемся ему разъяснить, не стараемся ему помочь, не стараемся оградить его от грехов, которые принесут большой вред ему. 

Итак, делами милосердия называются поступки, построенные на любви. Не на высокомерии, не на выгоде, вот я тебе дам, а ты меня похвали, или ты потом расписывай, что я тебе помог, чтоб все знали, не на внешнем оценивании. Если человек имеет веру, он ценит каждого человека как творение Божие. Когда он ценит человека, он прощает ему. Когда прощает, он сострадает, а сострадание порождает готовность помочь человеку, иногда в ущерб себе. И это есть великая мудрость, и награда ожидает каждого человека, который умеет любить ближнего и делать ему дела милосердия. Какая награда, мы знаем из Евангелия (Мф. 25, 31-46): Когда же приидет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей, и соберутся пред Ним все народы; и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов; и поставит овец по правую Свою сторону, а козлов – по левую. Тогда скажет Царь тем, которые по правую сторону Его: приидите, благословенные Отца Моего,наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира: ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня; был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне. Тогда праведники скажут Ему в ответ: Господи! когда мы видели Тебя алчущим, и накормили? или жаждущим, и напоили? когда мы видели Тебя странником, и приняли? или нагим, и одели? когда мы видели Тебя больным, или в темнице, и пришли к Тебе? И Царь скажет им в ответ: истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне. Тогда скажет и тем, которые по левую сторону: идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его: ибо алкал Я, и вы не дали Мне есть; жаждал, и вы не напоили Меня; был странником, и не приняли Меня; был наг, и не одели Меня; болен и в темнице, и не посетили Меня. Тогда и они скажут Ему в ответ: Господи! когда мы видели Тебя алчущим, или жаждущим, или странником, или нагим, или больным, или в темнице, и не послужили Тебе? Тогда скажет им в ответ: истинно говорю вам: так как вы не сделали этого одному из сих меньших, то не сделали Мне. И пойдут сии в муку вечную, а праведники в жизнь вечную. Аминь.