Проповедь настоятеля нашего Свято-Преображенского храма г. Харькова прот. Виктора (Бурбелы) в Неделю Марии Египетской 25 марта 2018 г.

Cегодня – последнее воскресенье Великого поста, посвященное воспоминанию жизни преподобной Марии Египетской, святой, жившей в 6-м веке, но вот уже много веков являющейся примером покаяния для целых поколений христиан.

Само время Великого поста для людей, называющих себя христианами, так или иначе, ассоциируется с таким понятием как покаяние. Греческое слово “грех” переводится как сбой, промах, ошибка. Покаяние в грехе – это восстановление, исправление этой ошибки, этого промаха. То есть покаяние – это деятельность совокупности человеческих сил души и тела, направленная на то, чтобы восстановить некую целостность, правильность, чтобы устранить ошибку, сбой или недочет.

Покаяние – это перемена

В нашей жизни если происходит сбой тела, то последствия этого сбоя можно наблюдать в виде каких-то телесных увечий, недомоганий, которые мы называем общим словом болезнь. И разновидности этих процессов классифицируем как разные болезни. Точно так же сбой в духовной жизни ведет к увечьям духовным. И увечья духовные точно так же, как и болезни телесные, приносят скорбь, закрывают человеку возможность жить полноценной, в даном случае духовной, жизнью и не дают человеку ощутить этот  мир таким, какой он есть на самом деле, а только лишь в какой-то ограниченной его части.

Это как человек, глаза которого от старости или от катаракты пришли в невозможность восприятия окружающей жизни, и человек познает этот мир другими органами чувств, но не может он его познать так, как он мог познавать его здоровыми глазами. Так же и человек, который совершил много ошибок и привел направление своей жизни по ложной дороге, он воспринимает духовную жизнь намного в меньшей степени, чем мог бы ее воспринимать и понимать, если бы был здоров духовный орган его зрения, духовный орган его чувств, если бы этот орган зрения души был в нем востребован.

Христос говорил что, Он пришел на землю, чтобы найти и спасти погибающего, то есть человека, который несмотря на то, что он живет, на самом деле идет к погибели, то есть такого человека, который видит свою жизнь только идущую к концу, но никак не стремящуюся вверх, к Богу. И в результате в перспективе своей жизни погибает не только телом, приходя к старости или по другим причинам, но погибает и духовно, ибо не способен сделать ничего, чтобы ощутить присутствие вечности.

Каждый христианин, который приходит в храм, называет своего Бога Спасителем  потому, что ощутил себя духовно больным человеком, в той или иной степени, в соразмерности со своими грехами, которые он увидел в себе. И настоящим христианином может называть себя тот, кто, вспомнив слова Христовы из Евангелия о том, что Христос пришел спасти таких погибающих, как вот я погибаю от своих греховных болезней, тут же устремляет свой взор на Христа и ум свой и сердце сосредотачивает на словах Христовых, дабы прийти в здравие, на верный путь к Богу.

Перемена Марии Египетской

Ярким подтверждением такой кардинальной перемены являются многие святые люди, среди которых и преподобная Мария Египетская. Будучи молодой, она, как и многие ее сверстники, знала об этом мире только то, что видела, то, что греет, питает и наслаждает тело, и других ценностей у нее не было, и от этого она сделала вывод, что надо жить и веселиться пока позволяет молодость. И так она 17 лет от своей юности, от своего девства провела в разгульной жизни, в блуде, любодействуя ради увеселения, ради наслаждения, ходя в похотях плоти своей и прихотях ума своего, и не рассуждая о вечности, о смысле жизни, а убедив себя, что жизнь состоит из одних наслаждений. И так проводила время своей жизнь и, будучи уверенной, что она права, потому что правоту ее на тот момент подтверждали ее чувства, она ощущала, что ей хорошо.

И вот однажды она увидела много людей, которые шли куда-то, и судя по своему образу жизни, решила, раз много людей, значит там будет веселье, там будет интересно, не скучно, и присоединилась к этим людям. И узнала, что они христиане и идут на праздник Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня. И присоединившись к ним, она пошла с ними ради развлечений, а не ради молитв (как многие из нас сейчас едут в паломнические поездки не ради молитв, не ради покаяния, а ради удовлетворения своих чувств ездят в паломничество, как на экскурсии, то есть как на отдых, но не как на молитву, не как на труд). Вот и она прибыла в храм, увидела красивое здание, все заходят, и ей тоже захотелось войти, но она не смогла войти по неизвестной причине. Ну вот все заходят, а она не смогла. И когда она осмыслила, что это место посвящено Богу, и именно этот Бог, которому посвящено это место молитвы верующих, туда ее не пускает, в ее  сознании произошел переворот. Она вдруг поняла , что те оправдания ее тела, что те аргументы ее чувств, что те размышления ее разума не верные, ибо они не способны дать ответ на вопрос, а что же ее не пускает в храм. И она начала думать, а почему все заходят, а она нет. И вспомнила она, чем она отличается от других людей, тех, которые молятся, а она не молится, тех, которые по мере возможности хотя бы чуть-чуть исправляют свою жизнь, а она даже не пытается, и увидев эту разницу поняла, что не пускает ее. Не Бог не пускает, а это она сама не способна сделать шаг в присутствии святости. И от этого осознания она пришла в ужас. И увидев икону Божией Матери сквозь открытую дверь в притворе храма, начала плакать, прося прощения и вразумления.

После долгих молитв она смогла войти в храм. После такого своего сиюминутного покаяния, она смогла зайти и вышла оттуда с таким откровением, которое повело ее в пустыню. И выводом ее ума это решение навряд ли можно назвать, потому что она, наверное, и не знала о пустынниках, может быть слышала о них, но кто они такие и что там делают, не знала. Может быть она о них думала так, как думают некоторые наши современники о монахах, что это люди, не совсем адекватные. Не могла она знать, что такое пустыня для человека-пустынножителя. Поэтому ни чем иным, как откровением Божией Матери на ее молитву, это не было. И услышав этот ответ, Мария вышла из храма, на три монеты, которые у нее были, купила три хлеба, переправилась через Иордан и поселилась в месте пустынном, где не было людей в таком количестве, как в городах, в месте, вообще не предназначенном для человеческого существования. И там она провела всю оставшуюся жизнь.

Пустыня нужна, чтобы перемениться

И вот возникает вопрос, зачем молодой девушке уходить в пустыню, ведь пустыня это труд это лишения, это тотальное отсутствие комфорта, пищи, крова над головой, это дикие звери, это дневной зной, холод ночной, отсутствие общения с людьми. То есть это в понимании обычного человека то, чего мы не хотим для себя. Для чего же это необходимо? Глубокий ответ на этот вопрос могут найти в своем уме только те люди, которые хоть чуть-чуть в своей жизни пытались бороться с грехом, которые через не могу, через не хочу, через лень хотя бы немного постились Великим постом. Чтобы понять такие вещи, мало просто одних слов и одной логики, нужен опыт, ибо чтобы понять это, надо ощутить результат.

Вот и Мария избрала пустыню как место своего покаяния, как условие для того чтобы это покаяние стало более возможными. Покаяние – от греческого слова “метанойя” – “перемена ума”, “перемена мыслей”. Это значит, смотреть на вещи по-другому, под другим углом, оценивать те или иные события совсем с другой колокольни, а не так, как привык.

Если человек, который никогда не был христианином, осуждает христиан из-за своего непонимания, а потом, познакомившись с христианским учением, раскаялся и стал христианином, значит он переменил ум. А если человек живет, не задумываясь о Боге и убедил себя, что Бога нет, то единственным результатом будет его убеждения, что надо хвататься за жизнь, точнее за то, что она нам дает, а дает она не так и много, и как бы побольше урвать, то есть отправной точкой его логики, платформой его мышления является деятельность ума, мыслей в сторону греха. И вот уже вся его деятельность направлена на приобретение этих благ, которыми, как он считает, сопровождается жизнь.

Так же и в каждой области деятельности, кто юрист, кто химик, кто продавец, кто земледелец, каждый, кто меняет свой ум и становится специалистом в той или иной области, он изменяется. Для того чтобы переменить свой ум, направив его к Богу, надо создать для этого некие условия, потому что Бог не относится к какому-то узко направленному ходу нашей жизни, Бог выходит за узконаправленную специализацию нашей жизни, Бог – это тот, Кто прежде нашей жизни, Кто сама жизнь и тот, Кто после жизни. Бог – это тот, в Ком вся жизнь, в Нем все, и нет ничего, где бы не было  Его.

Как говорят святые отцы, все в мире не просто говорит о Боге, а кричит и вопиет о существовании Бога. Но почему же, если все кричит о Боге, мы Его все-таки не видим и не знаем. Почему так происходит в христианской стране, как у нас, например, происходит, абсолютно тотальное попирание заповедей Его? Нередко можно услышать, мол, почему происходят тотальные несправедливости, почему Бог не вмешивается? Да потому что мы не создали условия, чтобы дать Ему шанс что-то изменить. Мы изгнали Его из своего ума, из своих мыслей и не думаем ни о чем, ни о себе как о человеке в вечности, ни о смысле жизни, мы думаем о чем угодно, только не о Боге. Мы никогда о Нем не говорим за чашкой чая со своими детьми, никогда не молимся перед обедом и не перекрестимся, не учим этому детей, мы изгнали Бога из своей жизни. Мы изгнали его из школы, куда там батюшку, вообще даже на порог не пускать, зачем там какой-то Бог, ребенок вырастет, сам определится. Это такой выбор без выбора, вырастет сам определится, а из чего он выберет, если не знает из чего выбирать. Мы изгнали Его из вузов, потому политкорректность должна быть. Мы изгнали Его из общественных отношений, отовсюду, и при этом говорим, а чего Ты, Господи, ничего не делаешь, не вмешиваешься в несправедливости?

Так вот для создания условий мы должны найти некую пустыню, по другому не получится. Пустыню как самое комфортное условие для покаяния. Потому что по-другому у нас шансов нет. Мы окружили себя со всех сторон. Вот приходишь домой, включаешь телевизор и все, что называется грехом, льется сплошным потоком. Откуда будут чистые мысли? Есть ли шанс у человека прожить один день без плохих мыслей, без осуждения, без любодейных мыслей, если он видит постоянно несправедливость и голых женщин на экране? Есть ли у него такой шанс, если садится учиться за компьютер, находит в интернете какие материалы, а у него в столбик куча рекламы всякой, развращенной, развлекательной, с музыкой, с татуировками, пошлой. Есть ли у него шанс покаяться? То есть постоянное пребывание в потоке такой греховной тенденции ведет к перемене ума.

Чтобы обрести шанс перемениться, надо создать себе пустыню. Понятно, что мы бежать из города никуда не будем, мы на это не способны. Бросить все мы не сможем. Поэтому создай себе пустыню дома: выключи телевизор, ограничь себя в компьютере, перестань впустую говорить по телефону полдня, возьми Библию, молитвослов, и ты окажешься в другой реальности. Вот что называется целью поста – создать условия для молитвы и покаяния. А мы что делаем? А мы в пост мясо не едим, но зато выготавливаем такие блюда “постные”, что вот как сел и пока живот не раздулся, ну не могу оторваться, такая вкуснотища. Постная пища – это та пища, на которую тратится минимум времени, это пища самая простая. И за постным столом добавки не дают, потому что если ты будешь постную пищу есть с выкрутасами и в большом количестве, то это не пост. Говорят, а что делать, если я гурман? Если ты гурман, то поститься ты не умеешь, ты не способен на это, потому что условий для изменения действительности у тебя нет. Сытое брюхо к молитве глухо.

А не слишком ли строго?

Некоторые говорят: что ж это за такие посты, есть ничего нельзя, смотреть ничего нельзя, надо все сократить, 50 дней поста – это насилие над человеком, несправедливо. А чего хочет этот человек? Он по сути хочет поста без воздержания и религии без Бога.

И начинают искать себе оправдания: это дикость, мы же в 21-м веке живем, или Бог все простит. Это говорят люди, которые ничего не знают о Боге, опыта познания и опыта общения с Богом – ноль, но зато точно знают, каким должен быть Бог.

Для нас, христиан, если мы хотим быть настоящими христианами, нужно умение создавать себе условия для настоящего поста, для настоящего покаяния, для перемены. Пост – это одно из лучших, одно из действенных средств для покаяния. Это временное средство, которое в определенный момент показывает человеку: смотри, сейчас в храме будут особенные службы, сейчас все христиане будут жить одинаково, распределив свою жизнь совсем по другому принципу, и присоединившись к ним, ты можешь в краткий срок достичь самых максимальных результатов, на которые ты способен на данном этапе своей жизни, на данной ступени своего духовного развития.

Но человек жалуется: строгость у вас чрезмерная, вы столько наговорили мне, что это невозможно исполнить, пойду на вас жаловаться. Есть такие конфессии, которые пошли не строгим путем, католицизм, протестантизм. Протестантизм – это изначально христианское течение, которое упразднило все строгости: вот буквально пост без воздержания, всем все грехи прощены, потому что Бог умер за всех  на Кресте, то сеть прощение грехов без покаяния, Царство Небесное без труда. И вот как  к Богу протестант идет: танцует, поет, сидит, встал, молитвы почитал, причем сам сочинил эти молитвы, и доволен. Вот представьте себе, если мы будем так трудиться над какими-то своими целями, развлекаясь, разве получится у нас что-то? Если я буду думать, что мне надо так вскопать огород, чтобы и огород был вспахан, и ничего не делать, чтобы я отдыхал, будет ли результат? Если человек придет в тренажерный зал и будет сидеть и любоваться красивыми тренажерами, слушать звучащую приятную музыку, и убеждать себя что он накачал так мускулы, будет ли результат? Не будет. А тем более в духовной жизни. Царство Небесное силою берется, сказано в Библии, и употребляющий усилие восхищает его.

А трудно ли это? Почему люди приходят и жалуются: вы сильно строгий? Потому что люди привыкли к греху как к норме и для них нормальное поведение христианина считается чем-то сверхъестественным, выходящим за рамки, он не способен так жить, он привык, что грех – это хорошо. Когда говоришь ему, что грех – это плохо, что так нельзя, – это катастрофа для него, потому что у него вся жизнь так построена, на этом фундаменте греха как на песке, и если ему сейчас сказать, что построил на песке, что малейшая невзгода, и тут же это все развалится, потому что это иллюзии, то рассердится. А иллюзии исчезают, когда приходит болезнь, когда кто-то умирает, когда человек приближается к смерти. Тогда и слезы, и стенания, и это в лучшем случае, а если человек к тому времени переменился настолько, что стал не способен к переосмыслению, то это есть трагедия человеческой жизни, и лучше бы такому человеку не умирать, а найти шанс для того чтобы жить, чтобы покаяться.

Страсть тела и страсть сердца

И вот в житии Марии Египетской мы читаем об удивительной вещи. После ухода в пустыню она 17 лет боролась со своим  страстями. Страсть – это то, что приносит страдание. Страсть это привычка, которая повторяется каждый день и не изменяется, и приносит скорбь. И вот интересные подробности этих 17 лет. Это из рассказа самой Марии, первый год пребывания в пустыне ее тело иссохло настолько, что стало неспособным ко греху. За год голода, зноя, ран и болезней она сделалась не способной ко греху. А остальные 16 лет боролась с грехом мысленным, с духовным. Перемена ума происходила 17 лет. Это в пустыне, там, где нет картинок перед глазами, новостей, постоянного греха. Это говорит о том, что в грехе не виновато лиш наше тело, и никакой грех не начинается в нашем теле, но исполняется нашим телом, да, но из сердца человеческого исходят злые помыслы, любодеяния, ложь. А под сердцем мы подразумеваем совокупность ума, мыслей, разумение в духовном понимании.

Когда мы говорим об разуме, то имеем в виду только рациональное человеческое восприятие, а когда говорим о сердце, то это говорит еще и о внутреннем духовном восприятии вместе с этим рациональным.

И вот исходя из этого примера жизни Марии Египетской, мы видим, что брань наша не против плоти и крови, но против миродержателей – духов злобы поднебесных. Поэтому пост христианский – это не противоестественная какая-то борьба с плотью, но это борьба со своими помыслами, со своими страстями, борьба за то, чтобы остаться более или менее в разумении, что такое добро, что такое зло. Если не бороться, то перемена мыслей останется вне понимания, если бороться, то понимание останется как критерий правильного пути, и человек будет стяжать не только блага земные, но и блага духовные.

Поэтому когда мы приходим на исповедь, надо каяться искренне и глубоко, вот особенно людям старшего возраста, которые порой говорят, я уже не грешу, когда была молодая грешила, а теперь нет, но как послушаешь, какие у них мысли и рассуждения, то понимаешь, что некоторые юные намного благочестивее старых с развращенные умом. Надо избавляться от страстей духовных, ибо они приносят увечья, они влияют на жизненные цели, они подменяют сам мир калейдоскопом временных бегущих строк, и вот ты читаешь эти строки и тебе всего этого хочется сразу, и ты бежишь к этому, а оно убежало, началась другая строка, и так всю жизнь, и зачем ты бежишь, куда-то стремишься, а главного-то нет и нет…

Удивителен еще один результат духовной жизни. Мы боимся пустыни, монашества, боимся пустой комнаты. Представляете, насколько переродился наш ум современный общественный, мы не способны жить без телевизора, без фона этой жизни. Куда не пойдешь, музыка, на улице музыка, в маршрутке музыка, в кафе музыка, на базаре музыка, в магазине музыка, дома музыка, ложусь спать – музыка, встаю – музыка или разговоры о политике, постоянный поток информации фоном. Потому что человек не готов слышать пустоту. Мы разучились слышать себя в тишине. Мы забыли о том, что в этой тишине можно услышать себя, свои мысли, а не чужие, можно увидеть Бога.

Поэтому блаженны чистые сердцем. То есть счастливы те, кто очистили свое сердце от лукавых помыслов, от наносных обоев мира окружающего, установил там некую тишину, потому что они Бога увидят. Именно это условие нужно, чтобы Бог мог открыться для каждого из нас. Важно это понимать, потому что нет христианина, идущего к Богу из желанием грешить, если он грешит, то только от немощи естества, ну так случилось, от обстоятельств, то он вспылил, то наговорил лишнего. Но это не является потребностью его жизни, и когда он упал в этот грех, он тут же кается  внутри перед Богом, он пытается примириться с человеком так или иначе, он восстанавливает свои мысли от этого сбоя, от этой ошибки.

Поэтому мы с вами ни чем не отличаемся от людей, которые не верят в Бога и не ходят в храм, кроме одного: мы пытаемся сделать условие своего покаяния таким, чтобы Бог мог произвести это покаяние внутри нас Своей благодатью, которая сообщает нам и понимание для разума и логику для дел, и радость для восприятия этой жизни, настоящую радость.

Для этого надо как Мария Египетская, взять и сделать. Вот есть Великий пост, нужно поститься. Тогда ты будешь видеть результат. Ты будешь победителем своих страстей и другом Божьим, с которым будешь общаться, который научит жизни вечной. Аминь.

ПОДЕЛИТЬСЯ