Страстная неделя – это не просто дни воспоминания страданий и крестной смерти Христа. В эти дни, присутствуя на богослужениях в храме, мы уподобляемся современникам тех событий и словно переживаем их воочию. Это дни, которые изменили мир и на протяжении вот уже почти двух тысяч лет продолжают изменять людей.

Великий Понедельник начинается с притчи о бесплодной смоковнице. Господь на пути в Иерусалим, куда Он идет, чтобы принять страдания за нас, взалкал. Завершая Свой земной путь, прежде чем подъять подвиг спасения рода человеческого, Он испытывает в конце этого трудного пути, усталость и голод. И не находит ничего на земле, чтобы этот голод утолить. Мы понимаем, что за физическим голодом стоит бесконечно большее.

Бесплодная смоковница, на которой нет ничего кроме листьев, — выражение предельного бесплодия всего творения, которое не может в этот час ничего предложить своему Творцу. Мир создан для человека, и все в нем совершается ради человека. И речь идет о человеке. В первую очередь о тех, от кого Господь вправе был ожидать плодов. Господь обличает внешнюю видимость веры.

Грех бесплодия по справедливости наказуется проклятием бесплодия. «Да не будет же впредь от тебя плода вовек»! Сколь радостным было первое благословение, данное человеку: «плодитесь и размножайтесь», столь печальным будет проклятие бесплодия для лицемерной веры. Те, кто лицемерно исповедует веру, засыхают, как проклятая Богом смоковница.

Господь говорит о состоянии целого народа, избранного Богом Израиля. Духовные вожди Израиля проповедовали об ожидании обетованного Мессии, но когда Мессия пришел, они не приняли Его и осудили на смерть. Потому Господь говорит, что у них не будет плода вовек.

Идущий на вольную Страсть Христос прежде Воскресения показывает Божественную силу, и ученики Его поражены внезапностью исполнения того, что Он им сказал. Но по дару Божию Церковь Христова может совершать не меньшие чудеса. «Не только сделаете то, что сделано со смоковницею, но если и горе сей скажете: поднимись и ввергнись в море, — будет». Насколько непоколебимы обетования Божии, настолько должна быть исполнена доверия Богу вся наша жизнь. Эти горы подобны тем трудностям и скорби, которые изобилуют в жизни любого человека на земле. Но нет ничего невозможного для Бога. И потому все, что Он обещает нам, будет исполнено, как бы ни казалось нам это невозможным. «Все, чего ни попросите в молитве с верою, — говорит Господь, — получите».

Как просто: достаточно попросить, чтобы у нас было все, что нам нужно. Но мы должны просить в молитве с верой. Чтобы не оказаться не имеющей плода смоковницей.

И, наконец, Господь предлагает нам в этот день притчу о злых виноградарях. Виноградник — жизнь человеческая, которую Господь сотворил, прекрасно устроил, чтобы она стала радостью для человека, цветущим раем. Бог доверяет человеку, Он дает свободу нам поступать так, как мы хотим. Однако мы ответственны за все — приходит Суд, и мы должны дать ответ Богу.

Великий Втор­ник. В этот день в храме чи­та­ет­ся 4 гла­вы из Еван­ге­лия. Их смысл касается жиз­ни каж­до­го че­ло­ве­ка, че­ло­ве­че­ства и Церк­ви в це­лом, что отражается в ка­но­нах и пес­но­пе­ни­ях. Толь­ко при­сут­ствуя на бо­го­слу­же­нии, мож­но по­нять весь со­кро­вен­ный смысл и глу­би­ну со­бы­тий это­го дня.

При­бли­жа­ясь к дням Сво­их стра­да­ний, Гос­подь был осо­бен­но бли­зок и от­кро­ве­нен со Сво­и­ми уче­ни­ка­ми. Я уже не на­зы­ваю вас ра­ба­ми, ибо раб не зна­ет, что де­ла­ет гос­по­дин его; но Я на­звал вас дру­зья­ми, по­то­му что ска­зал вам все, что слы­шал от От­ца Мо­е­го (Ин.15:15), – го­во­рил в этот день Спа­си­тель апо­сто­лам. Те­перь Он уже не при­кро­вен­но, но открыто воз­ве­щал им о том, что Ему предстоит по­стра­дать: Вы зна­е­те, что через два дня бу­дет Пас­ха, и Сын Че­ло­ве­че­ский пре­дан бу­дет на рас­пя­тие (Мф.26:2).

Ночь накануне втор­ника Иисус про­вел в Вифа­нии, а утром опять при­шел в Иеру­са­лим и мно­го учил во хра­ме и вне хра­ма (Мф.24:1). Фа­ри­сеи, уже окон­ча­тель­но ре­шили убить Хри­ста, и стали задавать вопросы, чтобы спровоцировать Его сказать сло­ва,   ко­то­рые неиз­беж­но при­вели бы к воз­му­ще­нию на­ро­да ли­бо стали по­во­дом для        по­ли­ти­че­ско­го до­но­са рим­ским вла­стям: “Как Те­бе ка­жет­ся, поз­во­ли­тель­но ли да­вать по­дать ке­са­рю, или нет?” (Ин.8:49). Ес­ли бы Спа­си­тель от­ве­тил “да”, – то фа­ри­сеи   об­ви­ни­ли бы Его пе­ред на­ро­дом в под­держ­ке рим­ских ок­ку­пан­тов, а ес­ли “нет”, – то до­нес­ли бы на Него вла­стям как на мя­теж­ни­ка. Иисус же по­про­сил при­не­сти рим­скую мо­не­ту, ди­на­рий, на ко­то­рой бы­ло изо­бра­же­ние им­пе­ра­то­ра, кесаря, и ска­зал свою зна­ме­ни­тую фра­зу: “итак, от­да­вай­те ке­са­ре­во ке­са­рю, а Бо­жие Бо­гу” (Мф.22:21).

Кро­ме глу­бо­ко­го ду­хов­но­го смыс­ла о том, что свет­ская власть не должна вме­ши­вать­ся в де­ла ве­ры, а уче­ние Хри­сто­во вы­ше лю­бой по­ли­ти­че­ской идео­ло­гии, эти сло­ва име­ли и неоспо­ри­мую жи­тей­скую прав­ду: раз Иудея до­пус­ка­ла хож­де­ние у себя рим­ских денег, то она долж­на бы­ла под­чи­нять­ся рим­ским за­ко­нам и пла­тить по­да­ти. Лу­кав­ство в оче­ред­ной раз не смог­ло про­ти­во­сто­ять бо­же­ствен­ной муд­ро­сти.

Спа­си­тель за­кан­чи­ва­ет Свою речь горь­ки­ми сло­ва­ми: Иеру­са­лим, Иеру­са­лим,           из­би­ва­ю­щий про­ро­ков и кам­ня­ми по­би­ва­ю­щий по­слан­ных к те­бе! сколь­ко раз хо­тел Я со­брать де­тей тво­их, как пти­ца со­би­ра­ет птен­цов сво­их под кры­лья, и вы не за­хо­те­ли! Се, остав­ля­ет­ся вам дом ваш пуст (Мф.23:37-38). По­сле об­ли­че­ния фа­ри­се­ев, вый­дя из хра­ма, Спа­си­тель пред­ска­зы­ва­ет сво­им уче­ни­кам судь­бу Иеру­са­ли­ма. Ука­зы­вая на ве­ли­че­ствен­ные зда­ния Иеру­са­лим­ско­го хра­ма, Хри­стос ска­зал: ви­ди­те ли всё это? Ис­тин­но го­во­рю вам: не оста­нет­ся здесь кам­ня на камне; всё бу­дет раз­ру­ше­но (Мф.24:2). Про­ро­че­ство в точ­но­сти ис­пол­ни­лось в 70 го­ду, ко­гда им­пе­ра­тор Тит взял штур­мом и раз­ру­шил до ос­но­ва­ния сто­ли­цу Иудей­ско­го цар­ства. Речь о скорб­ном бу­ду­щем Иеру­са­ли­ма по­сте­пен­но пе­ре­хо­дит к про­ро­че­ствам о судь­бах все­го ми­ра и гря­ду­щем Вто­ром при­ше­ствии Спа­си­те­ля. Он хотел убе­дить уче­ни­ков все­гда ду­хов­но бодр­ство­вать и в лю­бой мо­мент быть го­то­вым к встре­че с Бо­гом, “по­то­му что не зна­е­те, в ко­то­рый час Гос­подь ваш при­дет” (Мф.24:42). Речь здесь идет и о Вто­ром при­ше­ствии Спа­си­те­ля, и о ­сле­ду­ю­щем за ним Страш­ном су­де, и о неиз­беж­ной для каж­до­го че­ло­ве­ка кон­чине, дня и ча­са ко­то­рой то­же ни­ко­му не да­но знать, кро­ме Бо­га.

Свою мысль Хри­стос объ­яс­ня­ет дву­мя прит­ча­ми: о ра­бах, невер­ном и бла­го­ра­зум­ном, и о де­ся­ти де­вах. Гос­по­дин по­ки­да­ет свой дом и по­ру­ча­ет управ­ле­ние двум слу­гам. Один, ду­мая, что хо­зя­ин вер­нет­ся не ско­ро, на­чи­на­ет бить то­ва­ри­щей сво­их и есть и пить с пья­ни­ца­ми (Мф.24:49); дру­гой ис­прав­но де­ла­ет свое де­ло. Гос­по­дин вер­нет­ся неожи­дан­но и бла­го­ра­зум­но­го ра­ба сде­ла­ет управ­ля­ю­щим име­ни­ем, а с невер­ным по­сту­пит су­ро­во: рас­се­чет его, и под­вергнет его од­ной уча­сти с ли­це­ме­ра­ми; там бу­дет плач и скре­жет зу­бов (Мф.24:51).

Во вто­рой прит­че де­сять дев до­жи­да­ют­ся при­хо­да же­ни­ха: пять из них муд­рые, – они за­ра­нее всё при­го­то­ви­ли: взя­ли с со­бой све­тиль­ни­ки и за­пас­лись мас­лом для них; осталь­ные же, нера­зум­ные, по­на­де­я­лись на то, что ждать же­ни­ха не при­дет­ся, и мас­ла с со­бой не за­хва­ти­ли. Же­них же за­мед­лил, нера­зум­ные де­вы усну­ли, све­тиль­ни­ки их по­гас­ли, а ко­гда же­них при­шел в по­лу­но­щи, они бро­си­лись ис­кать мас­ло, опоз­да­ли и за­ста­ли уже за­кры­тые две­ри. Так и лю­бой че­ло­век дол­жен все­гда бодр­ство­вать, чтобы не гас свет его ве­ры, чтобы он мог до­стой­но встре­тить гря­ду­ще­го Спа­си­те­ля. Об этом же по­ет­ся в тро­па­ре пер­вых трех дней Страст­ной сед­ми­цы: «Вот, Же­них при­хо­дит в пол­ночь, и бла­жен тот слу­га, ко­то­ро­го Он най­дет бодр­ству­ю­щим; а ко­го най­дет уны­ло спя­щим – тот недо­сто­ин. Смот­ри же, ду­ша моя, не отя­го­щай­ся сном, чтобы те­бя не пре­да­ли смер­ти и не за­кры­ли пред то­бой две­ри Цар­ствия, но вос­прянь, взы­вая: Свят, Свят, Свят, Ты Гос­по­ди. По мо­лит­вам Бо­го­ро­ди­цы по­ми­луй нас!».

Великая Среда. Ночь со вторника на среду Иисус в последний раз перед своей смертью провел в Вифании. Здесь в дому Симона прокаженного была приготовлена для Него вечеря. Женщина приступила к Нему с алебастровым сосудом драгоценного мира цельного и возлила Ему на главу, в знак своей любви и благоговения к Нему (Лк.7:36-50). Ученики Его жалели о трате мира, говоря: можно было продать это миро, выручить большие деньги и раздать нищим. Но Иисус запретил им смущать жену и похвалил ее: ибо дело доброе сделала для Меня, сказал Он. “Нищих всегда имеете, и если хотите, можете им добро делать, Меня же не всегда будете иметь. Возливши это миро на тело Мое, подготовила Меня к погребению. Аминь, говорю вам: везде, где будет проповедано Евангелие, во всем мире, будет сказано и о том, что сделала она, в память о ней.

Между тем, первосвященники, книжники и старейшины иудейские, постоянно наблюдая за Господом, собравшись у первосвященника Каиафы, советовались, как бы взять Иисуса Христа хитростью и убить. Но говорили: только не в праздник, чтобы не сделалось возмущения в народе. Тогда в беззаконное сборище приходит Иуда Искариот, один из двенадцати учеников Иисуса Христа и предлагает: что ми хощете дати, и аз вам предам его? С радостью приняли неправедные судии коварный умысел Иуды, зараженного корыстолюбием, и поставиша ему тридесятъ сребреник. Оттоле неблагодарный ученик искаше удобна времени да предаст Спасителя мира (Мф.26:3-16. Мк.14:1-11). И до сих пор Православная Церковь в Великую Среду воспоминает преимущественно о жене грешнице, возлившей миро на главу Спасителя и обличает предательство Иуды. Синаксарь на Великую Среду начинается стихами:

“Се лукавый совет, – плачевно воспевает Церковь в Великую Среду, – воистину собрался неистово: как осужденника осудите горе Сидящего, и Судию всех Бога. Иуда льстец, сребролюбия рачительствуяй, предати Тя, Господи, Сокровище живота, течет к иудеям”. “Грешница принесла к ногам Христовым главу свою, – как говорит и св. Златоуст, – Иуда простер руки к беззаконным; та искала оставления грехов, а сей взять сребреники. Грешница принесла миро для помазания Господа: ученик соглашася с беззаконными, она радовалась, тратя миро многоценное: этот заботился продать Неоценимого; она Владыку познавала, а этот от Владыки удалялся; она освобождалась от греха, а сей делался пленником его”.

В последний раз в Великую Среду совершается Литургия Преждеосвященных Даров, на которой Церковь благовествует о жене, помазавшей Господа миром, и о решимости Иуды предать Господа (Мф.26:6-16). В Великую Среду прекращаются и великие поклоны, творимые при молитве св. Ефрема Сирина. Таким образом молитва святого Ефрема Сирина в среду недели сырной начинается, и в Среду Страстную оканчивается.

Великий Четверг – день воспоминания Тайной Вечери. В этот день было установлено Таинство Евхаристии (Причащения). Вся служба этого дня наполнена возвышенными текстами, прославляющими это Таинство, дающее нам Жизнь Вечную.

На службе Великого Четверга поется тропарь: “Егда славнии ученицы на умовении вечери просвещахуся, тогда Иуда злочестивый, сребролюбием недуговав, омрачашеся, и беззаконным судиям Тебе, Праведнаго Судию, предает. Виждь, имений рачителю, сих ради удавление употребивша! Бежи несытыя души, Учителю таковая дерзнувшия. Иже о всех благий, Господи, слава Тебе”. (Когда славные ученики при умовении на вечере просвещались, тогда Иуда нечестивый, заболевший сребролюбием, омрачался и беззаконным судьям Тебя, Праведного Судию, предает. Смотри, любитель стяжаний, на удавление из-за них стяжавшего! Беги от ненасытной души, на такое против Учителя дерзнувшей! Господь, ко всем благой, слава Тебе!)

Эти слова обращены к каждому из нас: смотри, к чему привела жадность. В песнопениях Великого Четверга Церковь подчеркивает эти две темы: Христос отдает Себя в пищу и питие, а Иуда укореняется в мысли предать Учителя.

В этот день служится Литургия Василия Великого. Многие по возможности стремятся причаститься Святых Христовых Таин. Мы принимаем в себя Животворящие Тело и Кровь Христовы. Возможность причащаться и через это соединяться с Господом, принимать в себя Его животворную энергию и силу дана нам Христом на Тайной вечери. Мы — наследники Тайной вечери. Наша литургия — вышла из Сионской горницы и будет продолжаться до скончания века. Напоминая это, каждый раз, на литургии, когда к верующим выносится Чаша, произносятся слова: Вечери Твоея Тайныя днесь, Сыне Божий, причастника мя приими: не бо врагом Твоим тайну повем, ни лобзания Ти дам яко Иуда, но яко разбойник исповедаю Тя: помяни мя Господи во Царствии Твоем (Вечери Твоей таинственной участником в этот день, Сын Божий, меня прими. Ибо не поведаю я тайны врагам Твоим, не дам Тебе поцелуя, такого, как дал Иуда. Но как разбойник исповедаю Тебя: «Помяни меня, Господи, в Царстве Твоём»).

В Великий Четверг эта молитва поется вместо Херувимской песни.

Великая Пятница – день осуждения и казни Христа. В первые века христиане проводили его в непрерывном богослужении, которое начиналось в полночь накануне пятницы. Сегодня у нас это служба 12-ти Евангелий, которая совершается в четверг вечером.

Сохранилась традиция на службе 12-ти Евангелий стоять с зажженными свечами в руках, а затем все стараются принести этот огонь к себе домой. В этом году у нас погода была безветренной, и донести горящие свечи было несложно.

На службе 12-ти Евангелий мы погружаемся в те события. Вот ночью Господь в Гефсиманском саду молится: «Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем не как Я хочу, но как Ты» (Мф. 26:39), и кровавый пот капает с Его лба на камень. Здесь же происходит предательство Иуды, который приводит стражников и показывает им, кого нужно арестовать. Христа ведут на суд. Какое-то время в ожидании суда Христа поместили в темницу. Стражники издевались над Ним, ударяя Его, говорили: “прореки, кто ударил Тебя”. Затем Христа приговаривают к смертной казни. Толпа кричит судье: “Распни Его, распни!”

По римскому праву, приговоренный к смерти несет орудие казни на себе. Но Христос после бессонной ночи, издевательств стражников и нескольких судебных процессов изможден. Неся крест по пути, Он несколько раз падает. В это время навстречу процессии, ведущей осужденных на Голгофу, проходил некий Симон, и римские воины заставили его помочь Христу донести крест.

Вместе со Христом были распяты два разбойника. Один поносил Христа, другой же укорял первого: “Нас с тобой казнят за дело, а его распяли без вины”.  И добавил: “Помяни меня, Господи, когда придешь во Царствие Твое”. И Господь отвечает: “Ныне же будешь со мной в раю”. Этого разбойника мы вспоминаем каждый раз в молитве перед Причастием: “Не лобзание Тебе дам яко Иуда, но яко разбойник исповедую Тя”.

Римский закон отдавал в собственность воинов, совершавших казнь, одежды распинаемых. Евангелист Иоанн свидетельствует: верхнюю одежду воины разорвали на четыре части, «каждому воину по части», а нижняя одежда – хитон – была не шитая, а тканная, о нем воины бросили жребий, чтобы он достался одному в целом виде. По преданию, этот хитон был выткан Матерью Божией. Дивным образом исполнилось древнее пророчество о Мессии из Псалма 21:19, которое и приводит св. Иоанн, повествуя об этом: «Разделили ризы Мои между собою, и об одежде Моей бросали жребий».

У трех Евангелистов мы читаем, что смерти Господа на кресте в Великую Пятницу предшествовала тьма, покрывшая землю: «В шестом же часу настала тьма по всей земле, и продолжалась до часа девятого», то есть по нашему времени – от полудня до трех часов дня. Лука добавляет: «померкло солнце». Это не могло быть обыкновенное солнечное затмение, так как на еврейскую Пасху 14 Нисана всегда бывает полнолуние, а солнечное затмение случается только при новолунии. Да и тьма «была по всей земле», а не в какой-либо одной части, как это бывает при обычном затмении солнца. Это было чудесное знамение, свидетельствующее о сверхъестественном событии – смерти Сына Божия. «И весь народ, сошедший на сие зрелище, видя происходившее, возвращался, бия себя в грудь» (Лук. 23:48).

«В девятом часу возопил Иисус громким голосом: «Или, Или! Ламма савахфани?» Этот вопль, конечно, не был воплем отчаяния, но только выражением глубочайшей скорби души Богочеловека. Чтобы искупительная жертва совершилась, необходимо было, чтобы Богочеловек испил до самого дна всю чашу человеческих страданий.

Первые два Евангелиста говорят, что один из воинов побежал, взял губку, наполнил уксусом и, наложив на трость, дал Ему пить. Псалмопевец в 68 Псалме 22 стих, изображая страдания Мессии, предрек это: «И в жажде моей напоили меня уксусом». Вкусив уксус, по свидетельству св. Иоанна, Господь возгласил: «Совершилось!» то есть: совершилось дело, предопределенное Богом, – совершилось искупление человеческого рода и примирение его с Богом через смерть Мессии (Иоан. 19:30)

Затем Господь воскликнул: «Отче! В руки Твои предаю дух Мой» (Лук. 23:46) «и, преклонив главу, предал дух» (Иоан. 19:30). В момент смерти Иисуса «завеса в храме разорвалась надвое, сверху до низу», то есть сама собой разодралась на две части завеса, которая отделяла Святилище в храме от Святого Святых. Очевидно, священник был свидетелем этого чудесного саморазрывания завесы. Это символизировало собой прекращение Ветхого Завета в Великую Пятницу и открытие Нового Завета, который отверзал людям вход в закрытое дотоле Царство Небесное.

«Земля потряслась» – произошло сильное землетрясение, как знак гнева Божья на тех, кто предал смерти Сына Его Возлюбленного. От этого землетрясения «камни распались», то есть скалы расселись, и открылись делавшиеся в них погребальные пещеры. В знамение победы Господа над смертью – «многие тела усопших святых воскресли» – воскресли погребенные в этих пещерах тела умерших, которые на третий день, по воскресении Господа, явились в Иерусалиме знавшим их людям.

Все эти чудесные знамения произвели столь потрясающее действие на римского сотника, что он произнес: «Воистину Он был Сын Божий!». Предание говорит, что этот сотник, по имени Лонгин, стал христианином и позже мучеником за Христа (память его 16 окт.). По преданию, именно Лонгин пронзил копьем ребра Иисуса. По римскому обычаю, распятым для ускорения смерти перебивали голени. Воины перебили голени у разбойников, распятых со Иисусом, которые были еще живы. «Но, пришедши к Иисусу, как увидели Его уже умершим, не перебили у Него голеней; но один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода» (Ин. 19:33-34; 1 Ин. 5:8).

Святые отцы объясняют это явление как знамение того, что Христос сделался нашим Искупителем, очистив нас водою в таинстве Крещения и Своею Кровью, которой напояет нас в таинстве Причащения. Вот почему тот же ап. Иоанн в своем 1-м соборном послании говорит: «Сей есть Иисус Христос, пришедший водою и кровью и Духом, не водою только, но водою и кровью; и Дух свидетельствует о Нем, потому что Дух есть истина. Ибо три свидетельствуют на небе: Отец, Слово и Святой Дух; и Сии три суть едино. И три свидетельствуют на земле: Дух, вода и кровь; и сии три об одном» (1 Иоан. 5:6-8).

И сегодня при помощи специального ножа в виде копья (как образ оружия, которым пронзили плоть Господа) во время проскомидии вынимают частички из просфор и особым образом надрезают так называемую агничную просфору, сердцевина которой уже во время Евхаристии становится Телом Христовым.

В пятницу утром служатся Царские часы, затем проходит чин выноса Плащаницы (особой иконы, символизирующей Христа, лежащего во Гробе) и вечерняя пятничная служба проходит с чином погребения Плащаницы.

Чин выноса Плащаницы происходит как раз в то время, когда происходило погребение. Оно состоялось при наступлении вечера, но суббота еще не наступила, хотя и приближалась. Иосиф из Аримафеи, член синедриона, человек благочестивый, который был тайным учеником Христа и не участвовал в осуждении Господа (Лук. 23:51), пришел Пришедши к Пилату и попросил разрешения взять тело Иисуса для погребения. Пилат разрешил. Пришел и Никодим, приходивший прежде ко Иисусу ночью, который принес состав из смирны и алое. Иосиф купил плащаницу – длинное ценное полотно. Они сняли Тело, умастили его, по обычаю, благовониями, обвили плащаницей и положили в погребальной пещере, которую приготовил для себя Иосиф, неподалеку от Голгофы.

Первосвященники и фарисеи попросили Пилата распорядиться об охране гроба до третьего дня: «Мы вспомнили, что обманщик тот, еще будучи в живых, сказал: «после трех дней воскресну»; итак прикажи охранять гроб до третьего дня, чтоб ученики Его, пришедши ночью, не украли Его и не сказали народу: «Воскрес из мертвых»; и будет последний обман хуже первого». «Первым обманом» они называют здесь то, что Господь Иисус Христос учил о Себе как о Сыне Божьем, Мессии. Так, они, сами того не подозревая, подготовили неоспоримые доказательства славного воскресения Господа из мертвых.

Великая Суббота. В этот день Церковь воспоминает телесное погребение Иисуса Христа и сошествие Его во ад. Это последний день перед Пасхой. Для верующих Великая Суббота — и скорбный, и радостный день: Христос еще лежит во гробе, еще не настало Воскресение, но уже все наполнено предпасхальной радостью.

По традиции Православной Церкви день Великой Субботы начинается с вечера – чином утрени: посреди храма, на возвышении, украшенная цветами, находится икона Христа, лежащего во гробе – святая Плащаница. Песнопения утреннего канона Великой Субботы славят Христа, Своею смертью победившего смерть.

После малого повечерия Великой Субботы с чтением канона о распятии Господнем и на плач Пресвятой Богородицы – во время службы утрени Великой Субботы совершается Крестный ход с пением погребального «Святый Боже, Святый крепкий, Святый бессмертный, помилуй нас…»: Святая Плащаница обносится вокруг храма. Именно на этой службе в первый раз говорится, что эта суббота — самый «благословенный седьмой день», когда-либо бывший. Это день, когда Христос почивает от трудов Своих по восстановлению мира.

В Великую Субботу происходит одно из главных чудес Православной Церкви: схождение Благодатного огня. Каждый год накануне православной Пасхи в Иерусалимском храме Воскресения. По-гречески – “Святой Свет”. Вынос Благодатного огня из Кувуклии символизирует выход из Гроба «Света истинного» (Ин. 1:9), то есть воскресшего Иисуса Христа.

В V—VII веках в Иерусалимской церкви, согласно армянскому переводу иерусалимского Лекционария, пасхальное бдение (то есть вечерня и литургия Великой субботы) начиналось с древнего обряда возжжения вечернего света. Однако начиная с IX века источники сообщают уже не просто о благословении вечернего светильника, но о схождении Благодатного огня как о чуде.

Самое раннее из дошедших до нас описаний по одной из версий было составлено латинским паломником Бернардом Монахом. В 867 году, будучи очевидцем, он записал в своём «Итинерарии»: В Великую Субботу, накануне Пасхи, на утреннем церковном служении во храме Гроба Господня, по пропетии: «Кирие, элейсон» (Господи, помилуй!) — Ангел нисходит и возжигает лампады, висящие над Гробом Господним. Патриарх передает этот Огонь епископу и наконец всему народу, дабы всякий мог засветить этот Огонь в своем доме.

Свидетельство очевидца оставил и известный русский писатель, бывший министр Народного просвещения Авраам Сергеевич Норов. Он посетил Палестину и в своей книге, «Путешествие по Святой земле в 1835 году», изданной в 1838 году, пишет:

“В часовню Гроба Господня вошли за митрополитом, только один из греческих епископов, архиерей армянский (недавно получивший на это право), Русский консул из Яффы и мы трое путешественников. За нами затворились двери. Никогда неугасающия лампады над Гробом Господним, были уже потушены, одно слабое освещение проходило к нам из храма сквозь боковыя отверстия часовни. Эта минута торжественна: волнение в храме утихло; все исполнилось ожидания. Мы стояли в приделе Ангела, пред отваленным от вертепа камнем; один только митрополит вошёл в вертеп Гроба Господня. Я уже сказал, что вход туда не имеет дверей. Я видел, как престарелый митрополит, склонясь пред низким входом, вошёл в вертеп и повергся на колени пред Святым Гробом, пред Которым ничего не стояло и Который совершенно обнажен. Не прошло минуты, как мрак озарился светом, — и митрополит вышел к нам с пылающим пучком свечей.

В наши дни из храма Воскресения Господня в Иерусалиме видео церемонии транслируется по всему миру. Сейчас церемонию проводят священнослужители Иерусалимской православной церкви, Иерусалимского патриархата Армянской апостольской церкви, Коптской и Сирийской церквей.

Глава объединения православных учёных протоиерей Геннадий Заридзе с помощью пирометра определил температуру Благодатного огня в первые несколько минут после его схождения, и она составила около 40 градусов Цельсия. Повторные измерения через 15 минут показали температуру уже в 320 градусов.

Итак, по окончании Литургии Великой Субботы поется пасхальный тропарь: близится начало праздника Пасхи. Благословляются хлебы и вино, а в большинстве храмов происходит освящение куличей, пасок и яиц.

В двенадцатом часу ночи совершается полунощница, на которой поется канон Великой Субботы. В конце полунощницы священнослужители переносят Плащаницу с середины храма в алтарь Царскими Вратами и кладут ее на Престол, где она остается до праздника Вознесения Господня, в память сорокадневного пребывания Иисуса Христа на земле по Воскресении Его из мертвых.

Вот почему так тиха литургия этой Великой Субботы и почему, еще до того как мы воспоем, в свою очередь, «Христос воскресе», мы читаем Евангелие о Воскресении Христовом. Он одержал Свою победу, все сделано: остается только нам лицезреть чудо и вместе со всей тварью войти в это торжество, в эту радость, в это преображение мира…

Фото: Екатерина Литвиненко, Яна Гурнак

ПОДЕЛИТЬСЯ